Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
16:44 

Лорд Беспорядок

Djakara
Название: Лорд Беспорядок
Автор: Джакара
Бета:
Рейтинг: G
Пейринг: ТР, СС
Жанр: AU
Размер: мини
Статус: закончен
Отказ: «В этом нет ничего нового, ибо ничего нового нет»
Предупреждения: AU
Аннотация: Случайная встреча совершенно случайных людей.
Комментарии: уже даже беченая версия есть... когда ж я, такой слоупок, дойду её выложить!
написано на фест: «Рождественские причуды магии»
III место в теме: «Волшебные палочки против, или Магические артефакты тоже хотят праздников!»


Первокурсник Том очень внимательно следил за действиями профессора травологии Герберта Бири и профессора трансфигурации Альбуса Дамблдора. Они совместными усилиями левитировали огромную разлапистую голубую ель. Ель занимала весь холл и ожесточённо сопротивлялась усилиям обоих преподавателей, старающихся не повредить ни одной иголочки и при этом поднять её в коридор, ведущий в Большой зал.
- Нравится? – С улыбкой спросил профессор Бири, заметив интерес одного из оставшихся в замке на рождественские каникулы первокурсников. В этом году их было больше чем в прошлом, за счёт магглорожденных студентов.
Том покосился в сторону профессор Дамблдора, который в этот момент пытался выровнять ель, и спросил:
- А зачем это?
Профессора недоумённо переглянулись.
- Для Большого зала. – Ответил Бири
- Мы каждое Рождество украшаем дерево – символ праздника. Разве это и не маггловская традиция тоже? – удивлённо посмотрев на мальчика, спросил Дамблдор.
- Я о такой традиции ничего не знаю, - пожал плечами Том. – Мне пора, извините, – и, просочившись перед елью, исчез в глубине коридора.
Профессора переглянулись, и продолжили своё продвижение.

Том привык вставать рано, и начало каникул никак не повлияло на эту привычку. Вчера, он пропустил ужин, засидевшись допоздна в библиотеке. В приюте, в этот день был строгий пост, а ужин был более чем скромным и приправленным чтением Евангелия. Подозревая что-то подобное и в Хогвартсе, оплоте традиций, Том ничуть не сожалел о пропущенной трапезе.
В спальне было тихо. Том был единственным слизеринским первогодкой оставшимся здесь на каникулы. Воздух звенел этой тишиной и переливался в покрытых морозным узором волшебных стёклах. Это было похоже на настоящее волшебство, которое ждут все дети от праздников. Очень зябкое волшебство, но другого Тому было и не надо.
Одевшись в лучшую из тех подержанных мантий, что у него были, и тщательно расчесавшись, мальчик спустился в гостиную. Там было так же тихо, только трещало пламя каминов, распространяя хвойный аромат. Пожав плечами, при виде увитой светящимися гирляндами лепнины под потолком, Том отправился в Большой зал на завтрак.

Зайдя в Большой зал, мальчик опешил. Такого великолепия он не видел никогда в своей жизни. Дюжина огромадных, покрытых инеем елей, украшенных разноцветными шарами; мерцающие разноцветными огоньками свечи, висящие под тёмным, пасмурным, затянутым снежным бураном потолком; пушистое перекрестье гирлянд из омёлы и остролиста; и совсем тёплый медленно тающий снег. Том затаил дыхание, боясь, что любое неосторожное движение разрушит эту сказку. Но тут до него донёсся голос профессора Слагхорна:
- Ты сегодня первый ученик! С Рождеством! Присаживайся около меня…
Том, как в тумане, проследил за приглашающим жестом преподавателя зельеварения и проследовал к месту справа от него. Краем уха мальчик слы-шал, что на Рождество студенты, оставшиеся на каникулах, и преподаватели садятся за один стол, а потому даже забыл удивиться.
Как только Том занял своё место, в проёме появился Дамблдор, чьи шевелюра и борода горели рыжиной, а снежинки, изображенные на ярко-алой мантии, довольно быстро и беспорядочно перемещались по её плоскости. С каждым его шагом волшебство снежного зеленовато-голубого убранства зала оплавлялось. В каждой блестящей грани всех развешенных на елках игрушек отразилось по маленькому пожару. И под натиском огня в одежде преподавателя трансфигурации волшебство праздника окончательно съёжилось и потускнело. Томом завладело глухое раздражение.
- С Рождеством, Альбус. Где в этом году ты оставил свою шляпу с бубенцами? – Спросил у него Слагхорн. И Альбус, с улыбкой поддерживая разговор, занял место с другой стороны от Тома.
Том недолюбливал профессора трансфигурации с первой их встречи. Сперва Том испугался, что Коули вызвала к нему психиатра. А как только это заблуждение было развеяно, уже сам Дамблдор заставил мальчика почувствовать свою силу. Том же панически боялся собственной слабости. С первых своих сознательных дней он понимал, что чем ты слабее, тем больше у тебя шансов влипнуть в неприятности. Так что в приюте его опасались все, как дети, так и взрослые. Он старательно над этим трудился, сперва просто создавая образ, после – почувствовав внутреннюю силу и способность управлять как живым, так и не живым. Дамблдор же его не боялся, не опасался и даже, что возможно и было для Тома самым болезненным (в чём, однако, он себе не признавался) не был им заинтересован. Том впервые столкнулся с тем, кто открыто и сознательно мог ему угрожать, и делал это походя, не обращая внимания на личность мальчика, и для того это был чересчур болезненный опыт. У Тома появилось время обдумать встречу со взрослым волшебником, и это в достаточной степени помогло ему выстроить своё поведение в школе так, что бы выглядеть достойным учеником. Но и здесь он чувствовал исходящую от профессора трансфигурации неприязнь. И это мальчика откровенно злило. В прочем, он старался всеми силами скрывать свои чувства.
В зал начали подтягиваться преподаватели и студенты. Последним вошёл директор Диппет. Заняв своё место, он улыбнулся и громко сказал:
- С Рождеством всех тех, кто в этом году разделит с нами этот праздник! А теперь приступим!
И стол оказался накрыт к праздничному обеду. Покрытые румяной корочкой индейки, горы жареной и вареной картошки, огромные блюда со свиными сосисками, целые миски с запеченным в масле горошком, соусницы с густыми подливками для мяса и клюквенным соусом. Большой Зал быстро наполнился праздничным гомоном, не смотря на небольшое количество людей присутствовавших сегодня в нём.
- Тебе что-нибудь передать, Томми, - любезно спросил Слагхорн.
Это обращение покоробило мальчика. Он не любил своё имя, и тем быстрее его выводили из себя искажения этого имени.
- Нет, спасибо. – ответил мальчик накладывая что-то из ближайшего блюда. Профессор же казалось, не заметил чересчур показной вежливости своего студента.
Сказать по правде, из всех преподавателей Хогвартса мальчик испытывал более-менее тёплые чувства только к преподавателю защиты от тёмных сил и своему декану. Но если профессор Вилкост покоряла его суровой увлечённостью своим предметом, то его декан был единственным, кто демонстрировал хотя бы минимальную заботу о мальчике. Однако вместе с тем его забота вызывала у Тома лёгкое раздражение. Отталкивали его некоторые подобострастие и приторность проявляемые профессором в общении. Он прекрасно понял, что профессор собирает в круг Слизней сильных и влиятельных студентов, и эта идея нравилась Тому. С другой же стороны, мальчику льстило, что он смог своими силами войти в этот круг избранных. Он присутствовал на собрании незадолго до рождественских каникул и был одним из шести первокурсников на нём. На первых уроках Слагхорн не обращал на Тома внимания, однако мальчик слышал приглашение переданное профессором трём слизеринским первогодкам в этот самый клуб. Потратив несколько дней на выяснении деталей, Том твёрдо решил, что также должен там оказаться. Ведь он считал свои способности далеко незаурядными, и раз уж ему до сих пор не удалось составить свою родословную, он решил поразить декана своими способностями. Мальчику легко давалось большинство предметов, но особенно он упорствовал на зельях, которые давались ему с большим трудом. И Слагхорн, действительно оценил амбициозность и небывалую харизматичность мальчишки, постепенно начиная помогать ему некоторыми более подробными объяснениями, а потом и пригласив на закрытую вечеринку.
- Я уверен, что тебе стоит это попробовать! – В тарелку Тома опустилась ложка чего-то ярко оранжевого, пока мальчик отвлёкся на свои мысли.
- Спасибо, профессор, – вежливо поблагодарил он.
- Что-то ты слишком задумчивый – шутливый тон Дамблдора с другой стороны от Тома заставил того насторожится.
- Какие подарки в этом году получил? – включился в разговор его декан.
- Подарки? – переспросил Том.
- Рождественские подарки, - уточнил профессор зельеварения.
- А, - слегка улыбнулся Том, как при разговоре с душевно больными. – Подарки. Ещё одна традиция магического мира.
Профессор Дамблдор второй раз за этот день окинул мальчика странным взглядом.
- А какие ещё в школе есть традиции? – спросил Том, решив, что лучше сейчас поинтересоваться этим, чем в следующем году опять выглядеть болва-ном.
- Да всё почти так же как у магллов. – От этого утверждения Дамблдора, мальчика немного перекосило.
- Жаль только, что мы больше не выбираем на рождественские каникулы Лорда беспорядка, – добавил с другой стороны чуть огорчённо Слагхорн.
- Лорда что?
- Лорда беспорядка. Он может делать в эти дни всё что захочет, – с улыбкой едва заметной под его развесистыми усами, продолжил Слагхорн. – Он мог перевернуть всю жизнь в школе. Он становился распорядителем замка. И все, включая директора, должны были ему подчиняться.
- Именно по этому, им становился человек, которого бы любил весь замок, – вставил профессор Дамблдор со странной интонацией, в которой Том услышал: «Тебе это не светит».
Неприязнь мальчика заставила его внимательнее отнестись к словам Дамблдора. Любовь… Это слово ничем не отзывалось в его сознании. Любовь была для него чем-то нереальным. Чем-то, чему изначально не было места в его мире. Если только когда-нибудь он не найдёт своих родителей. Хотя в последнее время, насмотревшись на традиции чистокровных семейств в воспитании и их последствий на отпрысках этих семейств, он перестал представлять себе даже такую форму любви.
- Ох, помню, я им становился на третьем курсе. – с улыбкой пробормотал профессор зельеварения. – Специально на каникулы остался. Думаю, ты, Том, уже в этом году, мог бы им стать.
Мальчик пользовался уважением всех своих однокурсников с различных факультетов. Свою способность внушать страх, он развил также и в возможность внушать доверие. Его же неприязнь к магглам дала ему возможность присоединиться к компании слизеринцев на равных правах, а твёрдая убеждённость, в том, что его родословная так же безупречна, была некоторой забавляющей старшекурсников изюминкой. Он был способным и старательным мальчиком и приносил факультету немало баллов, что так же поднимало его авторитет в глазах слизеринцев. Том, не смотря на свой юный возраст, ощущал свою силу. Ощущал возможность быть выше окружающих. Возможность вести за собой других. Это позволяло ему стать неформальным лидером всего потока. Но такое абстрактное понятие как любовь, никогда не приходило ему в голову для объяснения приязни окружающих. Так что, фыркнув, он решил сделать вид, что продолжать этот разговор он не намерен.
До конца ужина Том не проронил ни слова. Впрочем, в радостном галдёже Большого Зала, на это никто не обратил внимания.

Вернувшись в свою комнату после Рождественского пира, Том решил, что сегодня самое подходящее время. Он давно посматривал на Запретную секцию библиотеки, но понимал, что первокурснику пропуск туда не выпишет никто, даже его декан. В прочем, и в доступном фонде он разыскал книгу, отвечающую его целям – «Основы Тёмного Мастерства». В теории он уже успел её изучить и сделать некоторые пометки относительно заклинаний приведённых там, но подходящего случая хотя бы просто испробовать их Тому не выпадало. Он опасался того, что в замке были чары отслеживающие использование тёмной магии. Теперь же он нашёл способ обойти этот запрет, если он существовал. На встрече клуба Слизней он раздобыл хроноворот.
На описание этого прибора Том наткнулся случайно, готовя эссе для За-щиты от Тёмных Сил по классификациям приборов, способных выявлять различные заклинания. Книга «Бытовые, боевые и запретные», безусловно, не давала обширной информации о приборе взаимодействия со временем, но найти его более полное описание не составило для Тома труда. Он сразу понял, что обладание хроноворотом могло бы помочь в решении многих проблем, но они были столь редки и контролируемы, что получить его в скором времени мальчик не рассчитывал. Увидев же в кабинете Слагхорна старинные песочные часы, заключённые в бронзовую полусферу с изображением созвездий, Том решил, что это поможет решить множество его насущных проблем и в первую очередь с практикой заклинаний. Ему необходимо было только незаметно достать этот прибор. И у него получилось. Осторожно призвав хроноворот невербальным заклятием, Том спрятал его в складках мантии. А вернувшись в спальню замаскировал заклинанием под шкатулку, опасаясь того, что его декан объявит о пропаже. Но в течении недели Слагхорн так прибора и не хватился, а потому Том решил, что его использование безопасно.
По размеру хроноворота Том решил, что период его действия от одного до двух часов. Так что он решил вернутся к началу Рождественского пира, присутствие на котором могли бы подтвердить большое количество свидетелей. Для этого, он вышел из слизеринской гостиной и отойдя на несколько шагов немного истерично повернул хроноворот два раза. Он провёл в зале не больше двух часов, в том же случае если он переместился немного раньше, то это не страшно, он вполне мог переждать где-то это время.

На его взгляд ничего не изменилось. Ни световых, ни шумовых эффектов. На секунду, даже закралось подозрение, что он никуда и не переместился. Но тут он спохватился, что спеша опробовать хроноворот, забыл тетрадь с конспектом. В прочем, что мешало ему теперь он вернуться в спальню и забрать его. Он подошёл к трещине в стене и тихо назвал пароль:
- Hallowskull
Но стена не сдвинулась ни на йоту. Том повторил пароль громче, но ничего не произошло. Том находился в замешательстве. Что-то пошло не так, но что именно он понять не мог. И тут он почувствовал кончик палочки уткнувшийся в его спину.
- Как ты тут оказался!? - нервозно спросил позади него сердитый мальчишеский голос.
Том резко обернулся. Перед ним стоял мальчик, судя по росту первокурсник. Чёрные прищуренные глаза глядели злобно. Рот был сжат в тонкую линию. Бледный, слегка сутулый, с длинным носом и грязными волосами до плеч. Его одежда не выглядела новой, как, в прочем, и одежда Тома, и на его мантии был вышит такойже герб Слизерина. Судя по направлению взгляда незнакомца, он тоже отметил принадлежность Тома к змеиному факультету. В следующее мгновение палочки обоих мальчиков оказались направлены друг на друга.
- Что за чёртов маскарад?! Кто ты и что тебе здесь нужно?! – ядовито прошипел незнакомец. С его палочки сорвался сноп темно-синих искр.
- То же самое я могу спросить и у тебя, - Том держал себя в руках чуть лучше, но абсурдность ситуации начинала вселять в него страх.
- Снивелус! Наконец-то мы тебя догнали! – из-за поворота показались ещё двое мальчишек.
- Думаю, теперь мы сможем отработать на тебе весьма интересное закля-тие! – в злобном азарте подхватил более высокий короткостриженный темно-волосы мальчик.
- Нет, Сириус. Ты не прав! Теперь, мы сможем отработать на нём несколько заклятий – продолжил другой: более плотный, с растрёпанными, торчащими в разнее стороны волосами мальчик в очках.
На их мантиях красовался герб Гриффинодора.
Тот, кого они обозвали Снивелусом резко обернулся, но понимая, что не сможет удержать в поле зрения сразу трёх противников, отступил на несколько шагов.
- Ты смотри-ка! – воскликнул тот, которого звали Сириусом. – Да у него тут подкрепление! Locomotor Wibbly! – выкрикнул он, направив палочку в сторону Тома.
- Dantisimus! – поддержал его растрёпанный мальчик, целясь в другого противника.
- Protego! – воскликнули оба атакованных мальчика одновременно.
- Arthаs! – выкрикнул Том первое, что пришло в голову, атакуя своего противника. В прочем отсутствие практики не позволило ему выполнить проклятие верно, однако оно немного отвлекло другого мальчика от плетения своего заклинания.
- Emorbilas! – одновременно с ним выкрикнул Снивелус. Его же заклинание нашло свои цели – оба их противника упали оглушённые.
- Круто у тебя получилось – завистливо пробормотал Том.
Снивелус как-то странно на него глянул.
- Это Тёмная магия, если ты не заметил. – Было похоже, что он не очень рад своей победе.
- Оно же не вычисляется. К тому же они первые начали, – пожал плечами Том, получив ещё более непонятный взгляд, словно бы одновременно радостный и обиженный.
- Они всегда первые начинают, и никого никогда это не волнует, – пробормотал Снивелус. - Но меня всё ещё интересует твоё появление, - тон и взгляд его стали жёстче.
Том лихорадочно соображал. С одной стороны люди никогда не вызывали у него доверия, с другой же стороны ему уже довольно явно нужна была помощь. Но опять таки, он мог обладать куда большими чем Том знаниями, что и продемонстрировал удавшимся проклятием. И что он выкинет в следующий момент, было довольно не предсказуемо. Том не хотел признаваться даже сам себе, чем-то этот мальчик был похож на него и это, вместе с совместной дуэлью постепенно располагало Тома к нему.
- Я воспользовался хроноворотом, - после некоторой паузы ответил Том и показал всё ещё сжимаемый им в левой руке прибор.
- Его зона действия не больше трёх часов, верно. – Снивелус заломил бровь. – Значит, ты или через три часа приедешь в замок или появился в нём три часа назад? Ну точнее в этом интервале…
- В смысле? – перебил его Том. – Я живу здесь с первого сентября.
- И почему же тебя никто никогда не видел? Или ты живёшь с кем-то из преподавателей? Тайно? Что тогда тебе понадобилось в нашей гостиной?!
- Это и моя гостиная! – вскипел Том. – Я поступил на факультет Слизерин первого сентября тысяча девятьсот тридцать седьмого года!
- Какого?! – вскрикнул Снивелус. Его лицо исказила гримаса злости. – Я зря начал тебе верить! Сейчас тысяча девятьсот семьдесят первый!
- Что?! Этого не может быть... Не может! – Том немного отпрянул от очередного синего снопа искр сорвавшегося с чужой палочки. Это не укладывалось в его голове. Быть такого не могло, потому что не могло быть! и тут в его голове что-то встало на свои места. Слишком ненадёжно спрятанный слишком мощный артефакт. В месте, где доступ к нему имел бы любой. Отсутствие скандала с его розыском. Хроноворот просто был неисправен.
- Дай-ка сюда! – услышал Том требование другого мальчика, осознав, что последнюю мысль он высказал вслух.
Том протянул и Снивелус наложил замысловатым движением простейшее диагностирующее артефакты заклинание, которое Том учил во вторую неделю курса Защиты от Тёмных Сил. Хроноворот окутал плотный ярко-алый туман. Заклинание немного заискрило. Увидев окончательную и неустранимую неисправность хроноворота, Том мог думать только об одном. Он круглый, квадратный, кубический идиот.
- Ты что серьёзно этим пользовался? – Том, услышав недоверчивый во-прос, кивнул.
- И остался жив? – Ещё один кивок. – Я даже не знаю почему тебе верю. Ладно, идём отсюда, а то эти сейчас очнутся.
Как в тумане Том поплёлся за другим мальчиком.

- Как тебя зовут? – услышал он вопрос, когда они пришли в какой-то со-всем небольшой и очень пыльный кабинет со стоящими рядами столами для зельеварения. Оглядевшись, Том понял, что в этом классе происходило зельеварение у первых курсов его факультета.
- Том.
- Северус. – наконец представился другой мальчик. – Этим помещением давно никто не пользуется, – сообщил он, заметив интерес Тома.
Весь сюрреализм происходящего не умещался в голове Тома.
- По хорошему, тебя бы следовало отвести к директору, но он в командировке с начала учебного года, – фыркнул Северус. – Где-то в Албании, что ли… Где ты вообще взял этот хроноворот?
- У Слагхорна. – ответил Том, не уточняя, правда, что без его ведома.
- Он дал тебе неисправный?! Это на декана не похоже… Или он тебя на-столько терпеть не может? Что впрочем, тоже маловероятно… Хотя, конечно, тогда ему тебя тоже не следует показывать. – Том решил, что пока логическая цепочка Северуса его устраивает, перебивать того не стоит. Профессор Джонс не разбирается в артефактах. МакГонагалл… К ней не хочу идти я. Хотя, не знаю сможет ли она помочь… Остаётся Дамблдор!
- Ни в коем случае! - воскликнул Том. Его неприязнь к профессору Дамблдору всколыхнулась с отчаянной яростью.
- С чего бы вдруг? – угрожающе спросил Северус.
- Он… Он же декан Гриффиндора!
- Дамблдор? С чего бы? Хотя раньше был, - задумчиво протянул Северус. - Но сейчас на этом посту его сменила Минерва МакГонагалл – профессор трансфигурации.
- Я не хочу слышать ничего о Дамблдоре! – жёстко сказал Том. – Минерва МакГонагалл? Минни? Эта гриффиндорская зазнайка?! – Том, не удержавшись, прыснул.
- Тогда что остаётся?! – гневно спросил Северус. – Или ты думаешь, я намерен без любой проверки прятать тебя в замке?!
- Я… Нет, конечно. – Том понимал, что это звучало бы абсурдно. Он был удивлён даже тем, что Северус не наложил на него заклинание посильней, и не отправил его прямиком в лапы к Дамблдору. – Но, может, ты дашь мне два дня, просмотреть литературу?
Уж что-что, а быть незаметным Том умел. Как и собирать информацию в литературных источниках – прилежное обучение в течении полугода помогло ему в этом. Он был уверен, что сможет что-то придумать. Отправляться же Слагхорну с объяснениями, откуда у него этот хроноворот и уж тем более с этими же объяснениями к Дамблдору, ему совсем не хотелось.
- Два дня? Да ты с ума сошёл! Если к вечеру ты не найдёшь то, что собираешься искать, я поведу тебя к Дамблдору, если потребуется то и силой!
По животу Тома прошлись холодные пальцы мерзкого страха. Он ненавидел это чувство. Северус, явно был опытнее в темномагических проклятиях, которые Том только успел законспектировать (интересно, занимался ли он по той же книге?). Что Том ещё мог ему противопоставить – он не знал. Это привело его в состояние злости. Какого чёрта?! Даже в другом времени он не мог себя чувствовать в безопасности! В прочем, он подавил свои эмоции. Этот Северус ещё за всё ответит! Надо только чуть больше о нём узнать, что бы нанести удар точнее! Но это после. Сперва – информация об артефакте!
- Тогда я могу идти в библиотеку?
- Просто отлично, что я только вернулся из Большого Зала. Ты же не думал, что я куда-то отпущу тебя одного?! – ехидно заметил Северус, вызвав у Тома очередной приступ раздражения.

В библиотеке не было никого. Даже библиотекарша предпочла проводить Рождество где-то в другом месте. В прочем, и Том и Северус превосходно ориентировались в лабиринтах стеллажей. Пока Том откладывал уже знакомые тома и бегло просматривал возможные варианты, Северус угрюмо маячил в проходе, на расстоянии нескольких шагов. Тома после первых десяти минут глухой злости это начало немного настораживать. Сутулый и непропорционально длинный Северус, проводящий тонкими пальцами по книгам соседнего стеллажа, напоминал паука. И Тому казалось, что стоит ему отвлечься, как он завязнет в его липкой паутине, среди этих книг, навечно. А потому, схватив стопку уже отложенного он направился к ближайшему столу. Северус последовал за ним, доставая из складок мантии тонкую книгу в обложке настолько истрёпанной, что догадаться о её истинном цвете не представлялось возможным.
С каждой перевёрнутой страницей, Томом овладевало постепенное, и в то же время, отчётливое осознание того, в чём он и вообще не хотел признаваться себе – ожидать второго чуда, которое спасёт его от унижения перед Дамблдором или Слагхорном, было абсолютно бесполезно. Бросив взгляд в сторону Северуса, мальчик увидел, что тот, поднеся книгу к самому носу, что-то читает из неё, сопровождая это неуверенными движениями палочки.
- Что ты читаешь?
Северус вздрогнул и, бросив книгу на стол, буркнул:
- «Структуры атакующей фонетики»
Из книги выпала маглловская фотокарточка и Том, сам не понимая зачем, взял её в руки. На ней была запечатлена девочка, примерно их ровесница. Она смешно сведя глаза к носу смотрела на сидящую прямо перед ней бабочку, такую же ярко-рыжую как и её, развивающиеся по ветру, волосы.
- Убери руки, - казалось, Северус был взволнован.
- А то что? – спокойно спросил Том. Он ещё не понял, что могло быть в этой фотографии такого экстраординарного.
- Ничего хорошего! – тон Северуса стал холоднее и ровнее, но он лихорадочно переводил взгляд с фотографии в руках Тома на его лицо, словно прикидывая как, не повредив карточку, испепелить Тома на месте. Кончик его палочки метался вслед за взглядом. Том почувствовал себя очень неуютно и потянулся в карман за своей.
- Не смей! – В голосе Северуса отчётливо слышалась паника. С кончика его палочки, как и в начале их знакомства, сыпались тёмно-синие искры.
Том чувствовал чужой страх, хоть и не мог понять чем он вызвал. В прочем злить и без того не слишком ему доверяющего человека ему не хотелось. Он осторожно положил фотографию на чужую книгу. И так же медленно убрал от неё руку.
- Ты чего?
Северус, накрыв ладонью фото, кажется начал успокаиваться. Он недоверчиво глянул на рыжие волосы, видимые под его пальцами. Потом перевёл взгляд на Тома, словно ища что-то в его лице. Было видно как расслабляются мышцы в руке Северуса, когда он медленно опускает палочку.
- Извини, - словно нехотя выдавил он. – Я кажется немного… погорячился. – его взгляд продолжал что-то искать на лице Тома. – Просто вчера эти подонки… Поттер с Блэком попытались её сжечь. Ну те, которые напали сегодня… на нас. – Северус словно выталкивал из себя слова.
- Они не производят впечатления сильных противников. – Том привык оценивать потенциал противника исходя из стиля нападения. В приюте по-другому было нельзя. Увиденная им сегодня парочка, казалось не блистала ни умом, ни скоростью реакций.
Северус горько усмехнулся.
- Их просто больше. К тому же с ними ещё двое вечно околачиваются…
- Ты что, боишься каких-то гриффиндурков?! – Том был в недоумении.
- Боишься?! Их четверо и они куда изобретательнее, чем кажется на пер-вый взгляд! А МакГонагалл с Дамблдором их вечно выгораживают! Слагхорну вообще наплевать на свидетельства полукровки против двух чистокровных. Как же! Они же «элитные Слизни»! Флобберчерви хреновы. Они бьют в спину, а она… - Северус оборвал свою яростную речь на полуслове. И не удивительно, в этом последнем предложении уже отчётливо сквозили досада, раздражение и страх.
- Но ты ведь сильнее их вместе взятых… - Превышающее его одного количество противников, уже давно не являлось для Тома устрашающим.
С лица Северуса ушло всякое выражение. Только пальцы судорожно разглаживали уголок злосчастной фотографии.
- Не сильнее. Хотя ты прав – могу быть. – Северус бросил взгляд в сторону Запретной секции.
В этот момент Тома посетила революционная для его сознания мысль. Страх Северуса делал его сильнее, заставлял искать пути к победе, заставлял совершенствоваться… Тот самый страх, который обычно делал людей слабее, здесь давал весьма, для Тома неожиданный эффект. А ведь вряд ли Северус единственный в своём роде…
Тому была неприятна подобная мысль, ведь его излюбленное оружие казалось таким же уязвимым. Он постарался отвлечься от этого:
- А кто это? – спросил он, взглядом указывая на фотографию.
Северус явно смутился. Движения пальцев стали резче. Потом он отодвинул ладонь и взглянул в ярко-зелёные глаза девушки.
- Это… Она… - казалось он тщательно подбирает слова. – Мы живём с ней рядом в… На каникулах.
- Так она маггла? – недоумения и раздражения в голосе Тома было поровну.
- Нет! Вовсе нет… Она учится в Гриффиндоре. – поспешно ответил Севе-рус. – Слушай, какого чёрта?! Занимайся своими делами!
И Северус схватив фотографию, засунул её между страниц своей книги.
Следующие полчаса прошли в молчании. Томом завладевала некоторая апатия, посещавшая его всегда, когда он долго не мог найти решение. В конце концов, он, решив размять шею, отложил книгу. Северус бросив на него пронзительный взгляд, глубже уткнулся в свою.
- И всё же… Ты дружишь с гриффиндоркой? Это же, наверное, её дружки тебя так достают? – поддел его Том. Он всё никак не мог понять, что же за эмоции заставили Северуса защищать кусок бумаги.
- Это не её дружки, – донеслось из под книги. – Напыщенные болваны! Она их и сама терпеть не может. – Северус высунулся из своего импровизированного убежища. – Она знаешь какая? Как будто само волшебство… - лицо мальчика озарило явно непривычное для него выражение. Том видел такое в той церкви, в которую их каждое воскресенье водила миссис Стоунен. На лице одного из прихожан, глядящего на Деву Марию, застыло то, что миссис Дженнифер назвала: «благоговением». Широко открытые глаза, приподнятые уголки губ и брови…
- И что же она думает по твоему поводу? – Тому очень хотелось, что бы Северус это прекратил.
И Северус действительно приугас. Ещё один взгляд в сторону Запретной секции.
- А она считает, что я слишком серьёзно воспринимаю всяких идиотов. Говорит, что если не прекращу изучать Тёмные искусства, то навсегда потеряю душу… - Том не совсем понимал, чем вызвана такая откровенность собеседника, хоть и делал ставку на своё обаяние.
- Причём здесь душа? Знания и умения – только это может помогать в борьбе. – Том так же не понимал, почему продолжает этот разговор.
- Да разве? Не то что бы она была права во всём, в конце концов, «душа» - это вообще маггловский миф. Но ведь сознание и правда деформируется. Мир в поле зрения такого мага теряет краски…
- Зато такой маг приобретает силу! – Том довольно резко откликнулся на этот спор.
- А стоит ли оно того? – совершенно спокойно спросил Северус.
Том вспомнил унижения в приюте, Дамблдора, изменчивость отношения своего декана… Всем им он мог противопоставить только силу. На Северус истолковал его замешательство по своему.
- Если бы я не знал её я бы ответил – да. Но теперь я не хочу лишатся всего… - Северус явно подбирал верное слово, но ни ему, ни его собеседнику это не было нужно.
Том смотрел, на торчащий из чужой книги уголок фотографии, и думал, что теперь, кажется, что-то понял. Ему только осталось поймать это усколь-зающее нечто. Страх Северуса делал его сильнее. А вот его привязанность – ослабляла его. Это наблюдение не было для Том новостью, но теперь он смог взглянуть на это под немного другим углом. Северус ставил свою привязанность куда выше своего страха. И она, как ни странно, делало его сильнее. Том вспомнил извечные рассуждения Дамблдора о любви. Теперь, возможно, они и приобретали смысл. В памяти Тома всплыло утро этого дня: «Мог бы стать… Лорд беспорядка... Которого все любят»… И в этот момент, он осознал, что что-то неуловимо изменилось. За столом рядом с ним не было Северуса, да и второго кресла рядом со столом не было. Из-за полок показалась библиотекарша.
- Том? А почему ты не на обеде? Директор Диппет обещал сегодня какой-то сюрприз… Пойдём вместе, – молодая библиотекарша улыбнулась. Кажется, это был первый год её работы
- Мадам Пинс, а какое сегодня число, - с затаённой надеждой спросил Том.
- Двадцать пятое декабря. – Том получил недоумённый взгялд. – Сегодня же Рождество!
- А какого года?
- Тысяча девятьсот тридцать седьмого! – В её голосе появилась нотка раздражения. Тем неожиданнее Ирме Пинс было видеть на лице всегда холодного Тома широкую и радостную улыбку.


Эпилог
Северус в некотором шоке смотрел на соседнее кресло. Сидевший там подозрительный мальчик Том растворялся у него на глазах. И не смотря на то, что произошло это от силы секунд за десять, Северус успел рассмотреть весь радужный спектр в силуэте сидящего. Северус сам не понял, что так расположило его в этом незнакомце настолько, что он мало того, что отвёл его в библиотеку, так ещё и рассказал ему о беспокоившем в последнее время его больше всего. Лили и Мародёры. Компания гриффиндурков придумала это название всего месяц назад, но оно, как ничто другое отражало их суть – расхитители могил. Северус фыркнул.
Сегодня ему совсем не хотелось сидеть в библиотеке. Зима в этом году была чересчур мягкой для Шотландии. А потому, Северус вполне мог поискать у кромки Запретного Леса порышёнок.
Потянувшись и спрятав в карман книгу, Северус вышел из библиотеки.
Но в третьем же коридоре Северуса ожидала более чем неприятная встреча. Нос к носу он столкнулся с обозлёнными Поттером и Блэком.
- Ну теперь…
Что «теперь» Блэк договорить не успел, поскольку в одном конце коридора показалась профессор МакГонагалл, а в другом староста Слизерина - Люциус Малфой.
- Что здесь происходит? – раздался властный голос из-за спины Северуса.
Мальчик резко развернулся. Прямо за ним из бокового прохода показался высокий мужчина. В его тёмных волосах ещё поблёскивали снежинки, будто бы он только зашёл с улицы. Да и его тёмно-зелёная мантия, оканчивающаяся немного ниже колен, с горностаевой оторочкой так же была в снегу. Тяжёлые высокие чёрные сапоги оставляли за собой влажные следы. На нём были прямоугольные очки в серебряной оправе, и это придавало ему схожесть с только проявленным негативом Санта Клауса. Сам Северус, безусловно, фотографией, тем более маггловской не занимался, но его однажды позвал помогать мистер Эванс
- Директор Риддл!
- Том! Ты, наконец-то, вернулся!
Одновременно воскликнули Малфой и МакГонаглалл.
«Так вот он какой… Лорд беспорядок» Отстранённо подумал Северус. В школе директора так прозвали после того, как он восстановил давнюю рождественскую традицию. В прочем, Малфой говорил, что в Министерстве Магии его называют так же, только сквозь зубы, за то, что каждое его прошение - небывалый прецедент. То он гиппогрифов для школы закупил, то учебный план расширил. Хотя отрицать эффективность одного из немногих директоров слизеринцев (и, пожалуй, единственного из них, обожаемого школьниками), в Министерстве не могли.
- Мистер Поттер и мистер Блэк – неделя взысканий. Мистер Снейп в семь вечера зайдёте ко мне в кабинет.

@темы: фанфики по гарри поттеру, том риддл, севеврус снейп, лорд беспорядок, гарри поттер, g, au

URL
   

Безумное чаепитие

главная